• Судьба историка

    Исполняется 200 лет со дня рождения нашего земляка Дмитрия Иловайского. В канун юбилея мы говорим о нем с кандидатом исторических наук, профессором Леонидом Чекуриным.

    Р. В. Леонид Васильевич, какое место занимает история России в жизни нашего государства и общества? Почему сегодня ее актуальность настолько велика, что нынешний год объявлен Годом российской истории?

    Л. Ч.: Нас всех, кто понимает миссию нашей Родины в мире, объединяет богатая история и русская культура, наша вера в добро и в Россию. История своим единством помогает «формировать мировоззрение, скрепляющее нацию». Разъединяет нас невежество, ложь, презрение к своей истории и нежелание учиться у собственного опыта. Исторический национальный опыт наших народов огромен. История — это особый способ познания современности. Это удивительно: история прошла, никогда не повторится и в то же время присутствует в нашей жизни. История влияет на нашу жизнь, наполняет ее смыслом. Без глубоких исторических корней мы всего лишь растения перекати-поле.

    У истории есть особое качество — исторический оптимизм. Как бы ни велики были современные трудности — историки знают о более тяжелых испытаниях, которые преодолел наш народ. Исторический оптимизм — это тоже наш национальный опыт.

    Р. В. Историков много, каждый исследует свою тему. Чем Дмитрий Иловайский выделился настолько, что мы отмечаем его юбилей в российском масштабе?

    Л. Ч.: Стремление к истине — отличие крупного историка. Среди историков только единицы, начиная с В. Н. Татищева и Н. М. Карамзина, взяли на себя труд осмыслить всю тысячелетнюю историю России. Более тридцати лет посвятил многотомнику «История России» и Д. И. Иловайский. Взгляды его на многие вопросы существенно отличались от взглядов предшественников. Он, например, будучи рязанским учителем, был против установления памятника «Тысячелетие России», считал, что российская история гораздо древнее. В 1906 году он предлагал отмечать 2000 лет ее «появления на скрижалях истории». Историки не поддержали эту гипотезу. А в другой концепции — антинорманистской — он нашел понимание и серьезную поддержку общества. Он был сторонником южного происхождения Руси. Азово-Черноморская Русь, по его мнению, была древнее Киевской Руси. Черное море тогда называлось Русским морем. Он первым начал исследовать западные области, то есть он постигал «исторически большую Россию». Докторская диссертация была посвящена последнему польскому сейму 1993 г. Он – пионер исследования русских земель в период их самостоятельности. «Историю Рязанского княжества» пока повторить никому не удалось.

    Р. В. И к каким выводам пришел Иловайский в своих исследованиях?

    Л. Ч.: В нашей истории он нашел богатейший материал для гордости за Россию и русский народ. Он относил россиян к передовым историческим народам. Исторический народ — это государствообразующий народ. Вокруг него объединились все народы России. Вот один из его обоснованных выводов: «Из всех способностей, которыми природа наделила славянское племя, наиболее драгоценным, конечно, была его предприимчивость, мужество и способность к созиданию».

    Р. В. Поясните его позицию консерватора.

    Л. Ч.: Многое в жизни консервативно. Например, геополитические интересы, политика в области культуры, образования, науки, религии. Неподготовленная, непродуманная, поспешная модернизация — часть нашей истории. Она нередко влекла за собой утрату традиционной культуры, отказ от своей системы образования, отказ от русских святынь и христианских ценностей. Положительная программа серьезных консерваторов (сейчас она называется стабильностью) — это, как правило, приоритет национальных интересов, самоценность семьи, нравственности, социальной ответственности, духовности, беззаветное служение Отечеству, обществу и государственному порядку. Иловайский считал себя консерватором по отношению к тому, что в нашей жизни надо оставить и охранять, и «прогрессистом» по отношению к тому, что надо в стране изменить.

    Р. В. У вас вышла монография, посвященная личности и творчеству историка Д. И. Иловайского. Насколько известно, о нем писали мало и больше отрицательно. Как вы вышли на эту тему?

    Л. Ч.: Лет 70 о нем вообще ничего не писали. А если упоминали, то только в отрицательном плане. Я не собирался заниматься консервативным направлением в русской историографии, просто испытывал профессиональное неудобство и стыд от собственного незнания. Посудите сами, в Рязанской губернии родился очень известный историк. Он учился в Рязанской гимназии, учительствовал в ней после окончания Московского университета, написал здесь свою первую книгу «История Рязанского княжества». В его трудах много рязанских реалий, целый цикл «Письма из Рязани». Он писал о рязанских библиотеках, театре, женских учебных заведениях.

    Самое обидное, что Иловайского при жизни знали в каждой семье. Можно было послать письмо с адресом: Москва, составителю учебников Иловайскому. Письмо доходило до адресата. Многие годы официальной должности он не занимал, но его узнавали на улице, в театре, на заседаниях научных обществ. Иловайский — участник всех Археологических съездов России, участник создания Государственного исторического музея в Москве, Музея изящных искусств.

    Праздник 500-летия Куликовской битвы был проведен в России в 1880 г. по инициативе Д. И. Иловайского. Он же главный «виновник» празднования 800-летия Рязани. Дата основания города, установленная Иловайским, отмечается нами до сих пор.

    В годы моего студенчества книги его были запрещены. Но читающий народ его не забыл. Я знал историка, который в тяжкую годину запретов на дореволюционных историков, от руки переписал «Историю Рязанского княжества». В Рязани — после полного забвения — только в 1990-е годы началось возрождение его имени.

    Меня от этой темы отговаривали. Я особо не возражал, но любопытство и чувство попранной справедливости оказались сильнее. Я стал исследовать его жизнь год за годом: в его ученых изысканиях, несчастиях, публичных успехах, победах и поражениях в научных спорах, семейных трагедиях. Судьба историка в России нелегкая. Тема «Историк и власть» — тема сложная.

    Р. В. Почему ваша книга названа «Без гнева и пристрастия»?

    Л. Ч.: Потому что к нему относились с большим пристрастием. Его еще до революции пытались затоптать идеологические противники. Был заговор некоторых историков против Иловайского. Были и поклонники его творчества, в Москве образовалось общество его почитателей. В современной исторической литературе пытаются судить его с позиций новейших времен.

    Наше время дает нам право на взвешенный и объективный анализ. Пришла пора вернуть имя Д. И. Иловайского Рязани. В области не менее тридцати памятных мест, связанных с его именем, первое из них – здание гимназии на Астраханской (ныне – политехнический институт). Наследие Иловайского на книжных полках занимает более 10 томов. Комплект его учебников издавался 250 раз — случай в истории культуры уникальный. Огромное количество статей в столичной и провинциальной периодике не поддается исчислению.

    Многие проблемы он решил, иные решил неправильно. Многие проблемы, поставленные им, не решены до сих пор. К нему можно относиться как угодно: критически, саркастически, критиковать его ошибки и концепции. Нельзя только одного — не знать его.

    Р. В. Был ли Иловайский в Рязани после отъезда в Москву?

    Л. Ч.: Неоднократно, присылал свои новые книги, вел переписку с рязанцами. Не забывал своих гимназических учителей, помогал престарелым родителям, сестре и брату. Выступая в зале Дворянского собрания на празднике 800-летия Рязани еще раз признался в любви к своей родине: «Принадлежа к этому краю по своему рождению, а городу Рязани по своему воспитанию и начальному общественному служению, я счастлив тем, что на склоне моих дней Бог привел меня принять участие в нашем историческом празднике, ударить челом рязанским святыням и памятникам и с высоты Рязанского кремля еще раз полюбоваться широким раздольем приокской равнины». Он понимал красоту жизни.

    Р. В. Вернемся к юбилею. Как будут его отмечать рязанские историки?

    Л. Ч.: Рязанские историки серьезно готовились к юбилею. Институт культуры и РИАМЗ провели историографические чтения его памяти. По материалам чтений изданы два выпуска «Историографическое наследие провинции» — в 2009 и 2011 годах. В мае в Рязани состоятся VI историо-графические чтения памяти историков Д. И. Иловайского и М. К. Любавского. О желании участвовать в чтениях уже заявили ученые Москвы, Петербурга, Брянска, Уфы, откликнулись историки соседних областей — Липецкой, Московской, Тульской. Юбилеи крупных русских историков органично вписываются в отмечаемый страной Год российской истории.